Jaeger-LeCoultre Polaris Memovox – часы знаковые, их привлекательность осталась неизменной с момента их появления в 1960-х годах. Успех новой коллекции Polaris, которую Jaeger-LeCoultre выпустила в прошлом году, только подтверждает культовый статус «Поляриса». Не знаю, желание использовать потребительский ажиотаж или стремление улучшить и без того нечто славное сподвигла Jaeger-LeCoultre выпустить специальную модель Polaris Date Limited Edition.

Что приятно, так это в какой степени новые часы Polaris Date Limited Edition (800 экземпляров) были усовершенствованы, чтобы продемонстрировать нам реальное часовое мастерство, сохранив при этом «приключенческий дух» очень практичной модели. Jaeger-LeCoultre сообщает, что вдохновение черпали, разглядывая Polaris II 1970 года, изображение которого найдете в нашем рассказе о Polaris здесь.

Jaeger-LeCoultre Polaris Date Limited Edition.

Уникальный для этой модели циферблат лакирован вручную и в нем внимательный покупатель обнаружит разные виды отделки, включая лучевание, все они здесь для достижения эффекта почти мечтательного мерцания, которое сменяет оттенки темно-бирюзового и даже фиолетового на глубокий, называемый «королевским», синий. Как уже стало нормой, в знак уважения к прежним цветам и винтажной моде, часовые метки и цифры покрыты Super-LumiNova специального «ванильного» оттенка.

Jaeger-LeCoultre Polaris Date Limited Edition.

Корпус диаметром 42 мм выполнен из нержавеющей стали, часы имеют две головки (для корректировки и для управления внутренней вращающейся рамкой), закрытую заднюю крышку. Надписи на ней, 1000 HOURS CONTROL, как мы привыкли видеть на «жежерах», сообщают о 1000 часов испытаний, которые прошли часы перед отправкой с мануфактуры, и Limited Edition – One of 800, дабы не толкались локтями коллекционеры, выбирая себе счастливый номерок. Polaris Date Limited Edition работает на мануфактурном калибре с автоподзаводом, 899A/1, с запасом хода 38 часов. Часы выпущены для североамериканского рынка исключительно (8250$), их нет на европейских сайтах марки, что очень грустно. Красивого синего много не бывает, а «королевский» определенно скрасил бы чьи-то будни и у нас тут, в почти-Европе. Д.П.